У Мастера – с Маргаритой
В эти дни в столице и одновременно в нескольких российских
городах широко отмечается 120-летие одного из самых загадочных русских
писателей – Михаила Булгакова. Воронеж тоже приобщился – стараниями нашего
земляка, члена Союза российских писателей (и, кстати, коллеги юбиляра по
медицинской линии) Сергея Попова.
Совсем недавно Сергей Викторович провел свой творческий вечер в знаменитом «Булгаковском доме», о котором – каких только слухов не ходит…
– Это и музей, и культурно-просветительский центр, и площадка для литературных вечеров, театрализованных представлений, камерных концертов, – поясняет Сергей. – Он расположен в самом центре Москвы, а двух шагах от станции метро «Маяковская», на Большой Садовой улице в доме №10 (известном из «Мастера и Маргариты» как 302-бис). Номер дома дал название и маленькому кафе, которое занимает одну из комнат.
Коктебельское эхо
– Эта та самая квартира, где жил Михаил Афанасьевич?
– Нет, та самая – «нехорошая квартира» №50 – находится в соседнем подъезде, на 4 этаже. В ней сейчас располагается фонд, патронирующий изучение творчества Булгакова; его работой руководит известный литературовед Мариэтта Чудакова. Стоит заметить, что большинство личных вещей писателя находится в Киеве, в музее на Андреевском спуске, а самый ценный экспонат в московских апартаментах – папка, которой пользовался Булгаков, будучи сотрудником газеты «Гудок». Долгое время она хранилась у второй жены писателя, Любови Евгеньевны Белозерской.
– Каким образом ты оказался «в гостях у Булгакова»?
– В сентябре прошлого года на литературном фестивале в Коктебеле я получил специальный приз Союза российских писателей в рамках Международной Волошинской премии, после чего и последовало приглашение в Москву – от координатора литературных программ «Булгаковского Дома» Андрея Коровина.
– Почти Коровьев…
– И, кстати, похож: есть что-то такое во внешности… А катализатором воплощения коктебельских планов стал выход в московском издательстве «Вест-Консалтинг» моей поэтической книжки «Воронеж etc.», многие стихи из которой печатались в центральной периодике. И, к слову, буквально на днях в «Литературной газете» появилось сообщение о том, что ваш покорный слуга стал лауреатом премий московских изданий: журнала «Дети Ра» и литературной газеты «Поэтоград». Подробности мне пока неизвестны.
Жест булгаковской героини?
– Отрадно слышать, но вернемся к Булгакову: что было на вечере и как он прошел?
– Читал стихи – слушали внимательно. И неожиданно – для столичной публики – доброжелательно. Говорили хорошие слова московские писатели и, что самое приятное, люди совсем не из литературного мира: врачи, инженеры…
– Надеюсь, случилось и что-либо мистическое?
– Мистическое – это громко сказано, но без необычного не обошлось. После вечера с крайне лестными отзывами подошла эффектная, внимательно прослушавшая мои сочинения дама. Я был в цейтноте: через час уходил последний автобус в Воронеж, на котором позарез нужно было вернуться на родину, скажем так. И вот когда я собрал свои пожитки и уже направился к выходу, услышал оклик бармена: «Извините, но за тем столиком вас ждет скромное угощение. Вам ведь необходимо подкрепиться: дорога предстоит неблизкая».
– Жест указанной дамы, считаешь?
– Со слов бармена – да. Кофе и великолепные, астрономически дорогие пирожные оказались весьма кстати. Откуда только она узнала, что мне именно сейчас уезжать из Москвы? Я об этом не распространялся.
– Возможно, это была твоя Маргарита?
– Поживем – увидим…










