Газета,
которая объединяет

Вера Глаголева: «Я кричала Гузеевой: «Ты бездарна!»

Рубрика: от
Автор:

В минувшую  пятницу в Воронеже побывали настоящие легенды отечественного кино – Вера Глаголева и Александр Балуев. В наш город они приехали с предпремьерным показом новой картины Глаголевой «Две женщины» – экранизацией пьесы Ивана Тургенева «Месяц в деревне».

Вера Глаголева, которая уже давно абстрагировалась от актерской профессии, выступила сценаристом, режиссером и продюсером данной картины. Вера Витальевна собрала поистине интернациональную команду звезд: Ракитина блестяще сыграл известный британский актер Ральф Файнс, Наталью Петровну – Анна Вартанян, а Елизавету Богдановну – Сильви Тестю. Давнему другу и коллеге Веры Глаголевой Александру Балуеву досталась роль Ислаева.

Не ради рекламы

Напомним, что события тургеневской драмы происходят в середине XIX века в средней полосе России, в имении помещика. Здесь разворачивается драматическая любовная история, к которой оказываются причастны сразу несколько человек: в жену богатого помещика влюбляется друг семьи, а сама она влюблена в молодого студента. В свою очередь, этот же студент очень нравится воспитаннице помещицы…

Вера Витальевна не стала навязывать «свое» видение тургеневского произведения, как это нынче модно. Ничего не меняя, она просто сократила длинные диалоги, но суть осталась прежней. Воронежцы смогли посмотреть новое творение Глаголевой в кинотеатре «Люксор». А незадолго до этого журналистам удалось пообщаться со знаменитыми актерами.

– Вера Витальевна, почему на роль Ракитина вы решили пригласить Рэйфа Файнса? Не нашли хороших русских актеров?

– Файнс привлек меня не только своим творчеством, но и человеческими качествами, внутренним аристократизмом. Когда мы с ним пообщались в первый раз, я сразу поняла, что это – Ракитин. И, поверьте, это не связано с какой-то дополнительной рекламой. Действительно, другого такого нет, не при Саше будет сказано! Александр Балуев тоже хотел сыграть Ракитина, но я сказала, что эта роль уже занята, и предложила ему Ислаева. Он капризничал, говорил, что там нечего играть. Когда я пригласила Сашу в офис подобрать грим, он пришел и сказал, что не будет играть. Пришлось уговаривать, потому что Саша – мой талисман. Он снимается во всех моих картинах. Мы познакомились давно – вместе снимались в фильме «Наследницы», в сериале «Маросейка,12»… В общем, есть что вспомнить. Я знаю, как Саша относится к работе – он ко всему очень творчески подходит. И мне это импонирует.

– А Файнс творчески подходил к работе?

– Конечно! Это человек запредельного мастерства, у него другой уровень сознания. Он делал такие тонкие вещи на площадке, настолько глубоко вживался в роль… Мы все заворожены были.

– Вера Витальевна, а Файнс как-то продвигал за рубежом этот фильм?

– Я не в курсе, это лучше спрашивать у продюсеров. Но то, что наша картина стала для него особенной, заняла особое место в его творческой биографии – это точно. Он прилетал в Москву на предпремьерный показ. Два дня носился с нами как сумасшедший по всем телеканалам, делал все, что мы просили!

Дочь обиделась

– Ваша дочь Анна Нахапетова сыграла одну из ролей в фильме. Вообще трудно работать с родственниками?

– Работать не трудно, но у нас возникла другая проблема. К сожалению, роль Ани пришлось сильно урезать – не хватало времени на главных персонажей. Аня и так играла маленькую роль, а тут еще и этим пришлось пожертвовать. Дочь обиделась.

– Вы как-то адаптировали пьесу к современности?

– Это был сложный процесс, занимались почти два года. Пьеса же в театре идет почти четыре часа, она многословна. Ее просто так перенести на экран невозможно. Но сам Тургенев говорил: «Сокращайте, сокращайте безбожно!» Он разрешал это делать. Когда Мария Савина должна была играть бенефисную роль в Санкт-Петербурге в 73-м году, он приезжал в театр на просмотр. Остался доволен, разрешил сокращать роль. С момента написания этот роман не ставили 20 лет – цензура запрещала по морально-этическим соображениям. Цензура советовала сделать Наталью Петровну вдовой, убрать Ислаева… Конечно, каждую фразу было жалко убирать, но я понимала, что для картины нужен воздух. Там же гигантские монологи у Натальи Петровны – о ее чувствах, переживаниях. Но канва осталась, просто сокращены диалоги. Меняя, мы не дописывали ничего. Сохранили тургеневский текст.

– Насколько, по-вашему, будет близок фильм зрителям?

– Пьесу знают, она идет в театрах и Европы, и России. Только в Москве ее поставили в четырех театрах!

– А чем ваше кино может зацепить молодежь?

– Чувствами, наверное. Историей Верочки, которая страдает, любит, ее предают… Вообще наша картина красивая, она может завлечь своей красотой. Красота все-таки спасет мир.

Неформальные методы

– Вера Витальевна, говорят, вы строгий, даже деспотичный режиссер, ходят всякие байки о вас. Даже дочка рассказывает об этом…

– Какая? Анастасия, наверное? На съемках фильма «Чертово колесо» мою дочку Анастасию никак не могли заставить искренне плакать. Ей тогда было 12 лет, и мне пришлось прибегнуть к плохим словам. Я так издевалась над девочкой, что она до сих пор этого забыть не может. Но зато нам удалось достичь цели – в кадре есть прекрасный план. Строгий я режиссер или нет – судить не мне. Я всегда сначала стараюсь донести до актера то, что мне нужно. Если совсем не получается, приходится прибегать к неформальным методам.

Когда мы снимали финальную сцену в картине «Одна война», мне нужно было, чтобы на глазах человек абсолютно поменялся. Майор, который подсчитывал женщин, родивших от немцев, должен был понять, что это не враги народа. И за секунду принять решение их отпустить. За что, конечно, его ждет смертная казнь, и он это знает. Вот этот взгляд, когда нужно решить – или ты людей арестовываешь, или отпускаешь – у нас никак не получался. А уходил свет. Мы начали подготовку в 3-4 утра, а в 5 был потрясающе красивый рассвет. Совершенно сиреневое небо – такого не бывает! А у бедной девочки, благодаря которой майор должен принять судьбоносное решение, ничего не получалось. Она была уставшая, мы ее рано разбудили… В общем, пришлось на нее очень грубо накричать. И в тот момент у Миши Хмурова как раз появилась нужная растерянность в глазах. Это было гениально!

– Говорят, вы в лице Ларисы Гузеевой нажили себя врага…

– Да, это еще одна история, которая поддерживает легенду о моей строгости. Лариса Гузеева тоже ее обнародует везде, поэтому я не открою ничью тайну. В 2005 году мы снимали картину «Заказ» с Наташей Вдовиной и Александром Балуевым в главных ролях. Лариса играла подружку главной героини, которая выходит замуж и навсегда уезжает жить в Европу. Она бодрится, говорит, что у нее начнется новая жизнь… И – пустота! Пустой, ненужный кадр. Я говорю: «Лариса, это пусто! Мне не нужны просто слова о том, что ты уезжаешь, просто слезы. Мне нужно, чтобы эти эмоции были внутри тебя!» Не получалось... Тогда мне пришлось очень грубо на нее накричать. Не матом, конечно, но довольно жестко. Я орала: «Как так можно работать? Ты бездарна!» Я ее тогда очень обидела. Но после этого она просто гениально сыграла! Я помню, как Лариска стояла и еле сдерживала себя, чтобы не заплакать... Потом, конечно, я при всей группе попросила у нее прощения.

– Почему вы сами сейчас не снимаетесь?

– Мне неинтересно. Может быть, найдется режиссер, который предложит такую потрясающую работу, что я не смогу отказаться. Недавно прочитала сценарий, рассчитанный на двух женщин в возрасте за 50. У героинь погибают взрослые сыновья, и идет некое противостояние… Гениальный сценарий – так замечательно выписаны роли. Но это единственный хороший сценарий для актрис моего возраста из всего, что я прочитала за последние 5-10 лет. Обычно главные роли достаются молодым, а нам предлагается играть второстепенные – мам, бабушек… Меня это не трогает.

– Прочитав чудесный сценарий, вы согласились на съемки?

– Я прочитала этот сценарий в Экспертном совете, куда вхожу – он шел на поддержку Госкино. Я никому не говорила, что сыграла бы одну из ролей. Это уровень хороших голливудских картин. Я говорю сейчас не о «поп-корновом» кино, а о качественном. Как, например, «Август» с Мэрил Стрип – грандиозный фильм, грандиозные роли. Если бы такого уровня сценарий мне предложили – я бы с удовольствием согласилась.

P.S. Интервью с Александром Балуевым читайте в следующем номере «Берега».