В поисках исторической правды

Название научного форума – «Сражения на Дону: от Воронежа до Сталинграда». Его вполне можно назвать традиционным – он проводится уже пятый год подряд. Три конференции состоялись в Воронеже на базе ВГАУ, две – в Италии. Впрочем, на этот раз география форума оказалась еще шире: по просьбе московских ученых первый день пленарных заседаний прошел в Центральном музее Великой Отечественной войны на Поклонной горе.

В Москве ознакомиться с работами воронежских и зарубежных историков пришли 46 генералов и слушателей академии Генштаба Вооруженных сил РФ, ветераны войны и труда, военнослужащие и курсанты, студенты ряда столичных вузов. А в среду участники конференции прибыли в наш город, где продолжили обмен мнениями в стенах аграрного университета.

Места былых сражений

В самом начале заседания к участникам форума обратилась первый заместитель руководителя департамента науки, образования и молодежной политики правительства области Марина Мовшина. Она приветствовала собравшихся от имени губернатора Алексея Гордеева, а также напомнила, что «главная идея подобных конференций – стремление к исторической правде»:

– Мы должны учесть ошибки прошлого и не дать разразиться новым войнам.

Об этом же говорили и многие другие выступавшие. В частности, основной организатор мероприятия, проректор по международным связям ВГАУ им. императора Петра Первого Сергей Филоненко.

– Главная идея нашей конференции – не допустить пересмотра итогов Второй мировой войны, – отметил он. – Для нас очень важно то, что сегодня в одном зале собрались историки 12 стран: как тех, что были в той войне на стороне Германии, так и – антигитлеровской коалиции.

А ректор ВГАУ, профессор Вячеслав Котарев напомнил

– Символично, что подобная встреча проходит в стенах нашего вуза. В годы войны в этих местах шли ожесточенные бои. Здание главного корпуса, которое сегодня принимает гостей, трижды переходило из рук в руки. Неслучайно первое, куда ведем мы поступающих к нам студентов – это памятники павшим здесь воинам Красной армии. Мы – аграрии – представители одной из самых мирных профессий на земле. И считаем, что чем чаще люди будут вспоминать о тех ужасах, которые принесла им война, тем больше у нас шансов, что она никогда не повторится.

Под бременем политики

Прошедшая конференция открыла немало важной информации – как исторической, научной, так и – чисто человеческой. Сегодня, когда в целом ряде стран Европы и Америки предпринимаются активные попытки пересмотреть итоги мировой войны, преуменьшить, извратить роль Советского Союза в борьбе с фашизмом, было важно услышать оценку подобных действий от тех, кто во многом влияет на формирование общественного мнения своих стран.

Как это ни парадоксально, сегодня нам намного проще найти взаимопонимание с представителями тех государств, которые в 40-е годы сражались против СССР – Германии, Италии, Венгрии, Румынии. А вот, скажем, преподаватель университета Хартфордшир в Великобритании Хелен Боук, выступавшая с докладом «Нацистская политика по отношению к немецким женщинам в годы войны», так и не смогла ответить корреспонденту «Берега» на простой вопрос: освобождала Советская армия от немецко-фашистских войск Восточную Европу и Прибалтику или оккупировала их?

– Я не знаю, спросите у них, – предложила историк. И добавила, что она, мол, ученый, а не политик. То есть сегодня при озвучивании этой темы ученая дама делает вид, что не знает о существовании множества вполне исторических, а не политических фактов. А ведь именно премьер ее страны Уинстон Черчилль поставил свою подпись на целом ряде соглашений с СССР, в которых предусматривалось, что советские войска будут сражаться с Германией и ее союзниками не только на своей территории, но и в странах Восточной Европы. Существует, в конце концов, здравый смысл: когда агрессор захватывает какие-то страны, унижает и порабощает целые народы, то последующее изгнание оккупационных войск является именно освобождением. Но английский историк боится произнести это слово, потому что оно не созвучно с теми политическими настроениями, которые сегодня стали популярны в Европе.

Активная героизация фашизма

А вот представитель Венгрии, завкафедрой истории Восточной Европы Будапештского университета, доктор исторических наук Тамаш Краус, продемонстрировал прямо противоположный подход к науке о войне. Неслучайно даже само название доклада было «Оккупационный режим венгерских войск в Придонье в 1942-1943 годах».

Он напомнил, что история 2-й королевской армии, разгромленной на донских просторах, всегда была сложной темой для венгров. Сначала, с 1948-го, ее замалчивало прокоммунистическое правительство, по сути, унижая память тех, кто погиб по приказу руководства своей страны. Затем, с развалом социализма, наметился крен в обратную сторону:

– В венгерских городах начался демонтаж памятников советским воинам-освободителям. Сам термин «освобождение» исчез из официальной риторики политиков. Нам стали внушать, что войска СССР оккупировали Венгрию. Запретам и гонениям подверглась вся советская символика. Звезда, серп и молот – все это, по сути, приравняли к фашистской свастике. Два года назад, когда в нашей стране прошли очередные парламентские выборы, 16% депутатских мест достались крайне правым политикам, исповедующим неофашизм. И сегодня у нас идут те же процессы, что и в прибалтийских республиках – прежде всего героизация союзников фашистской Германии, тех, кто сражался на стороне агрессоров в России. Политики предпочитают закрывать глаза на исторические документы, которые рассказывают нам о том, что солдаты 2-й королевской армии убили на территории СССР более 100 тысяч человек – в основном мирных жителей и военнопленных. Есть факты, когда они проводили массовые казни, сжигали целые деревни, живьем закапывали людей в землю. И я не могу молчать об этом, когда вижу, как из военных преступников пытаются сделать национальных героев Венгрии.

«У нас не было желания воевать с русскими»

С этой мыслью перекликается и мнение профессора университета из итальянского города Тренто, доктора философии Антонио Скалья. Он выступил на конференции с докладом «Современные тенденции развития неофашистского движения в Западной Европе».

– Распространение ксенофобии, нацизма и неонацизма, особенно среди молодежи– это то, что заставляет сильно волноваться всех здравомыслящих людей, – подчеркнул Антонио. А на вопрос «Берега» о том, какой ему видится роль Италии в минувшей войне, он рассказал историю своей семьи:

– Мой отец ушел сражаться на Восточный фронт в тот день, когда я родился.  А вернулся 6 апреля 1943 года. И говоря о войне, он всегда подчеркивал: «Мы пошли воевать в Россию только потому, что нас послал туда фашизм! У нас не было желания воевать с русскими!» Кстати, что касается итальянцев, то еще один представитель этой страны, профессор Джорджио Скотони, выступил с докладом по абсолютно не изученной до сих пор тематике – «Итальянские лагеря для военнопленных на Русском фронте». Как оказалось, были и такие: два на территории Россошанского и Кантемировского районов и еще два – на Украине. Джорджио продемонстрировал фотографии военных лет, на которых запечатлены советские военнопленные, сдавшиеся итальянским войскам. Докладчик отметил, что условия содержания в них существенно отличались от немецких концлагерей в лучшую сторону.

Еще из научных «изюминок» конференции можно отметить впервые представленные в России документы об участии в боях на Дону хорватских частей. Они воевали в составе итальянских и немецких подразделений и в основном были разгромлены в ходе наступления советских войск в январе 1943-го.

Камень преткновения

А своего рода базовыми исследованиями конференции стали доклады генерала армии, депутата Госдумы, последнего начальника Генштаба Вооруженных сил СССР Михаила Моисеева и представителя военно-исторического научно-исследовательского института Бундесвера подполковника Томаса Фогеля. Наш генерал выступил с докладом «Вооруженная борьба на Дону: военно-политические и стратегические решения», а немецкий офицер – «Ошибки в планировании и камни преткновения на пути к Сталинграду – начало операции «Блау» и сражение под Воронежем в июле 1942-го». Любопытно то, что и российский, и германский историки практически одинаково оценили происходившие в 1942-м события и принимавшиеся командованием обеих сторон решения. Единственное явное отличие: немецкий подполковник неоднократно подчеркивал – вина за большую часть ошибок вермахта лежит лично на Адольфе Гитлере, проявлявшем волюнтаризм и непоследовательность при принятии стратегических решений. Во многом благодаря этому советские воинские части в свое время смогли без серьезных потерь уйти от удара танкового «кулака» за Дон, успешно сосредоточиться в Сталинграде и оттянуть оттуда часть мобильной немецкой группировки под Воронеж.

– Сражение за Воронеж, без сомнения, было ошибкой Гитлера, – отметил Томас Фогель. – Здесь вермахт не просто потерял тысячи солдат и офицеров. Самое главное, он упустил драгоценное время при наступлении мобильных соединений, атака которых на другом, более южном направлении, могла решить исход летней кампании 1942-го и не допустить Сталинграда. Таким образом, Гитлер споткнулся о Воронеж, который стал камнем, перевесившим чашу победы Советской армии на Дону.