Хранить – в каждой семье!
Накануне Дня освобождения Воронежа от немецко-фашистских захватчиков редакция решила восполнить пробел в исторической памяти многих горожан. Сразу после новогодних праздников наш корреспондент расспросил воронежских подростков, взрослых разных профессий и даже пенсионеров, что они знают о событиях января 1943 года. Почти все сказали об освобождении Воронежа от немецко-фашистских захватчиков 25-26 января.Но оказалось, что никто из расспрошенных не знает, что произошло в том героическом январе совсем рядом с Воронежем – в селе Девица Семилукского района, – о подвиге маленьких жителей села. Между тем по пронзительности случившегося это одно из самых трагичных событий не только в истории Воронежа, но и всей Великой Отечественной войны. Этот пробел в памяти многих горожан редакции помогла восполнить историк, краевед, сотрудник краеведческого центра библиотеки №2 им. А.В. Кольцова Елена Устинова.
Незваные «хозяева»
– На оккупированных территориях в годы Великой Отечественной войны в борьбе с нацистами участвовало не только хорошо организованное и вооруженное партизанское движение, но и простые жители, за которыми не было никакой поддержки, кроме горячей любви к Родине. Самый яркий пример таких героев, о которых мы знаем со школьных лет – это подвиг на Луганщине членов подпольной организации «Молодая гвардия» в оккупированном Краснодоне. А вот о родных «Девицких орлятах» знаем гораздо меньше.
– Под Семилуками орудовали оккупанты элитной дивизии «Великая Германия». В Девицу они пришли 4 июля 1942 года. Организовали комендатуру, отделение гестапо, почту. Место рядом с разрушенной церковью в центре села оградили колючей проволокой и стали свозить сюда пленных советских солдат и офицеров. Для раненых – никакой медицинской помощи. Еды тоже почти не было. От голода и без лечения советские военнопленные стали погибать. Школа рядом была взорвана. Молодых сельчан оккупационные власти начали отбирать для отправки в Германию как «восточных рабочих». Также ходили по всем дворам и забирали у людей последние продукты.
Пакеты, лошади
и кусок хлеба
– Видя все это, бороться с оккупантами решили школьники – Алексей Жаглин, Николай Трепалин, Митрофан Жерноклеев, Анатолий Застрожнов, братья Иван и Михаил Зайцевы, Алексей и Иван Кулаковы. Безоружным мальчишкам было от 12 до 15 лет. «Оружие» они себе изготовляли сами – это были палки и проволочные крючья. Ночью мальчишки перерезали телеграфные провода оккупантов, прокалывали шины их автомобилей. Их «партизанские операции» были по-детски наивны. Самой крупной был разгон лошадей из немецкого обоза. Узнав, что вражеский обоз, состоявший из 30 лошадей, идет на фронт, мальчики во время обеда оккупантов решили лошадей разогнать. Вернувшиеся немцы, ругаясь, до вечера их собирали, но десятерых лошадей так и не нашли. А еще мальчики незаметно приносили из дома еду военнопленным – все то немногое, что у них было. Передавали солдатам хотя бы спасительный кусок хлеба.
– Была у ребят операция «Пакет». Прорезая своими самодельными крюками брезент на вражеских повозках, они стаскивали оттуда пакеты. Чаще всего там оказывалось продовольствие, но в некоторых лежали документы. Фашисты особо всполошились, как раз когда у них пропали важные бумаги. Но мальчики ничего не знали и продолжали свои вылазки.
Особая трагедия
– За всеми этими вылазками не было никакой взрослой силы – и в этом была особая трагедия случившегося. Ведь наивную детскую одержимость можно было хоть немного обезопасить разумными советами, подсказать более грамотные действия, чтобы снизить риски. А в селе между тем помимо нацистских оккупантов были расквартированы и коллаборационисты из советских граждан. Они-то владели родным языком, местными настроениями и всей спецификой. Разузнать, кто таскает продукты у оккупантов, кто подкармливает пленных красноармейцев, оказалось проще простого.
– Патрули стали ходить по домам и забирать детей. Первым был схвачен 12-летний Ваня Зайцев. Позже, когда оккупанты совместно с полицаями поймали других «орлят», Ванин брат Миша Зайцев сошел с ума от пыток. Детей держали в холодном подвале и пытали по нескольку раз в день. Вероятно, нацисты хотели узнать у них информацию о взрослых руководителях – о главных организаторах здешнего подполья, которых на самом деле не было. Спастись удалось только брату 13-летнего Митрофана Жерноклеева – он спрятался за домом в брошенном окопе и провел там несколько дней. Не выдержавшего пыток Мишу Зайцева нацисты отпустили за день до расстрела остальных ребят. По одной из версий, всю оставшуюся жизнь он провел в психиатрической больнице в соседнем селе Орловка.
– Их повели на расстрел на глазах у родителей и всех односельчан в сильную метель 8 января 1943 года. Заставили самим копать себе яму – расширить лопатами воронку от взорванного снаряда. Егор Алексеевич Жерноклеев, родной брат расстрелянного Митрофана Жерноклеева, потом вспоминал: «Митрошу, моего брата, забрали в мокрых валенках, а были очень сильные морозы… 8 января повели всех семерых на расстрел за дома, дали им в руки лопаты. Митроша шел последним, опираясь на лопату, так как сильно обморозил ноги в мокрых валенках. Вели ребят два немца, один все время подгонял Митрошу, так как он отставал. Ребят подвели к месту расстрела и первые пули полетели в ребят, которые шли первыми. Митроша изо всех сил крикнул: «Маамаа!» и после этого получил 2 пули в голову»...
Вечен ваш подвиг
– Несколько недель тела детей, заметенные метелью, пролежали в яме. Оккупанты запрещали родным и всем местным приближаться к этому месту. А через неделю, 14 января, уже шли бои за село. Красная Армия освободила Девицу вслед за Воронежем, 27 января, и сельчане предали земле тела расстрелянных мальчишек. Их, семерых, похоронили на местном кладбище в двух могилах. Уже в 1967 году по просьбе селян рядом с девицкой школой был открыт памятник погибшим орлятам. На памятнике – семь фотографий и надпись: «Вечен ваш подвиг в сердцах поколений грядущих».
– История «Девицких орлят» ужасает. Из искренних побуждений, из любви к Родине дети боролись в одиночку как могли – наивно, по-детски. И приняли мученическую смерть за считаные дни до освобождения Воронежа и родного села. Все, что остается нам, живым – помнить об этих мальчишках, рассказывать о них своим детям и внукам. Хранить эту память в каждой семье.
