Газета,
которая объединяет

Не без сучка и задоринки

Воронежская пенсионерка мечтает об участии в городских выставках ДПИ
Рубрика: от
Автор:

Всякое творчество, включая самодеятельное, имеет смысл лишь тогда, когда есть кому показать его плоды. Необязательно – из утилитарных, чисто практических соображений; человек, всерьез посвящающий себя любимому занятию, просто не может двигаться дальше без оценки со стороны.

Иногда получить такую оценку сложнее, чем кажется на первый взгляд. И проблема даже не в многодельности или дороговизне «процесса»; просто без посторонней помощи обойтись невозможно. Наш случай – именно такой.

С младых ногтей

Воронежская пенсионерка Алла Семеновна Божко уже довольно продолжительное время мастерит поделки из обычных сучков. Впрочем, слово «поделка» звучит несколько уничижительно применительно к ее работам. Это – продуманные и снабженные массой говорящих деталей изделия. Порой – довольно масштабные. Причем только деревом дело не ограничивается; в ход идут и другие материалы, необходимые для создания образа или композиции.

– Алла Семеновна, расскажите, с чего началось ваше увлечение столь необычным видом рукоделия?

– Это с детства шло. Я всегда любила что-то мастерить, работать руками. Сначала делала себе игрушки – деревянные и тряпичные: столы, кровати. Но вскоре по понятным причинам пришлось с этим занятием расстаться: началась война, не до того было. После войны нашлась масса других первостепенных занятий – тоже вроде как не время творить. Вернулась я к любимому делу в педагогическом институте; училась там на физико-математическом факультете. Наш физмат делился по специальностям на «физику с основами производства» и «математику». В «физику» входило изучение слесарных инструментов, строения грузовых автомобилей и тракторов, пайка, сварка, стеклодувное дело. Мы даже практику проходили в авторемонтных мастерских и на заводах. Поэтому у меня была возможность изучить технологии процессов, необходимых для моего хобби.

– А поработать по специальности, учителем, довелось?

– Не смогла: помешали проб­лемы со здоровьем. И я пошла трудиться на завод. Работала корректором технической информации, техническим редактором, знакомилась с документацией по изобретениям. Позже перешла в лабораторию. Сначала – лаборантом стала, потом – инженером, позже – начальником лаборатории. С этой должности и ушла на пенсию.

Диктат материала

– Получается, творчество сопровождало вас весь послевоенный период?

– Ну, в общем, да. К сучкам, правда, я пришла не сразу. Сначала занималась макраме, вышивкой. А еще была очень хорошим портным. Шила не только платья, юбки, кофты, но и плащи, пальто, любую верхнюю одежду. А когда, в силу проблем со здоровьем, обернувшихся тяжелым инфарктом, появилось много свободного времени – занялась поделками из дерева. Надо было отвлекаться от заболевания – вот я и нашла такое отдохновение. И уже лет восемь работаю с сучками.

– Надо же – разглядеть «творческий потенциал» в таком банальном, буквально подножном материале!..

– Когда я стала заниматься серьезно – поняла: это не просто сучки, это продолжение жизни деревьев. Бывает, начинаешь что-то делать – а оно не идет в унисон с изначально поставленной задачей. Не получается – и все тут! Дерево противится – и никак не удается воплотить задуманное. Тогда я по ходу дела меняю свои планы. И мастерю то, что как бы само собой напрашивается.

– Идею, выходит, диктует сам «первоисточник»?

– Да, получается так. Сучки сами направляют, как бы говорят: «Ты не то делаешь из меня! Сделай вот это!» Сейчас, с опытом, уже почти сразу приходит понимание, во что может воплотиться та или иная заготовка.

Немцы вместо бурлаков

– Расскажите о самых необычных работах.

– Однажды сделала Иисуса Христа. Очень давно хотелось это осуществить, долго искала материал. И вот – нашла: из простой деревяшки получился Иисус, несущий крест. Другая знаковая работа – дева Мария рождает Иисуса. Тут целая композиция – и камни пригодились, и хворост. Была у меня еще одна скульптура девы Марии – ее я подарила Благовещенскому собору.

– Где берете деревянные заготовки?

– На улице. Гуляю – и смотрю под ноги. Поднимаю и прикидываю – выйдет ли что-нибудь из этого сучка? То же самое – с камнями и прочими материалами, которые могут пойти в работу. Сейчас, правда, уже редко выхожу из дома. Поэтому материалы – в дефиците. Попросить кого-то принести – сложно: никто, кроме меня, не поймет, что именно нужно.

– А есть какие-то творческие идеи, пока не реализованные?

– Есть. Знаете репинских «Бурлаков на Волге»? Так вот – я хочу эту композицию представить немножко в другом направлении. Вместо бурлаков сделать солдат. Только пока не решила: русских или немцев. Наших я видела во время вой­ны: ходили мимо дома. Совсем молоденькие, в рваной одежде, разбитые… Но, боюсь, это может кого-то оскорбить, задеть. Пусть лучше в сюжете будут немцы. Немцы расстреливали моего отца – на эту тему тоже есть работа, называется «Расстрел коммуниста». По отцовскому рассказу я и восстановила детали.

Мышь с балкона

– Я так понимаю, работаете вы циклами?

– Да. Есть довольно внушительная серия поделок на военную тематику, сельскохозяйственную, религиозную, спортивную. А еще есть пришельцы. И даже – мужчина с летучей мышью, причем мышь – самая что ни на есть настоящая. Я, правда, немножко недоглядела, и одно крыло ей изрядно подпортила моль.

– А мышь-то – откуда?

– Осенью залетела на балкон. И спряталась под коробки. Там и провела зиму. Но, конечно, холод не позволил ей выжить. И когда я начала разбирать скарб – мышка и нашлась. Потом я ее, согласно общеизвестной методике, засолила, расправила, посушила. И вышла такая эффектная декоративная деталь.

– Работы, я смотрю, существуют в квартире вполне себе по-хозяйски, с автором на равных. Вы все сделанное себе оставляете?

– Что вы! У меня осталась где-то треть, остальное – раздарила. Только сфотографировала эти вещи себе на память.

– А на выставках городских декоративно-прикладного творчества почему вас не видно? Они ведь регулярно проходят, и, насколько я знаю, никому из мастеров нет отказа в участии.

– Вот здесь-то и проблема! Я бы очень хотела участвовать в выставках. Но сама уже не могу заниматься организационной частью такого мероприятия. Года полтора назад еще могла, а теперь – все. Нет здоровья и сил.

Губительная улица

– То есть опыт выставочной деятельности был, причем положительный. Так?

– Да. Но и прежде я не самостоятельно организацией таких показов занималась, во многом помогали социальные работники. Так, общими усилиями, мы и выставляли мои поделки – на разных городских площадках. А теперь остро нужна поддержка не только физическая, но и денежная. Видимо, требуется спонсор. Ведь, к сожалению, за размещение своих экспонатов на многих выставках автору приходится платить.

– Неужели вообще нет «бесплатных» вариантов продемонстрировать свое искусство для таких людей, как вы?

– Мне предлагали один вариант сотрудники управления культуры, но помочь с организацией они не смогли. Да и речь шла о выставке под открытым небом. А у меня, понимаете ли, деревянные работы, то есть – требующие определенного микроклимата. Я ведь даже в комнате, где они хранятся, стараюсь поддерживать постоянную температуру, слежу за степенью освещенности и уровнем влажности; часто полы увлажняю – для того, чтобы поделки не рассохлись. А тут – улица! Не могу на такие условия согласиться; после этого многие работы можно будет просто выкинуть…