Газета,
которая объединяет

В начале было…

В предыдущий четверг я писал о возможности новых «крестовых походов», а на следующий день, 22 июля, о себе громко заявил один «крестоносец». О социопате Брейвике написано и показано явно больше, чем требуется знать нездоровому социуму. О его манифесте на 1500 с чем-то страниц – предмете зависти многих безвестных графоманов.

О его протесте против засилья «мультикультурного марксизма», словосочетания настолько дурацкого, что не один нормальный человек не встанет на его защиту. О его «христианском фундаментализме» – еще одно дребезжащее от дурости словосочетание. О том, что родной отец, сидя во Франции, предлагает Брейвику застрелиться, а сам Брейвик симпатизирует нашему премьеру и вообще – «Нашим»…

В общем, о словах, символах и жестах убийцы из Осло намолочено столько, что добавлять к этому свои 15 копеек считаю не просто излишним, а принципиально неверным. Касаемо непосредственно трагедии процитирую только кусок прошлой колонки: «Как в средние века не обошлось без Христа (хотя от Его имени творили злодеяния и убийства), так, думаю, и сейчас не обойдется».

Настаиваю, страшные новости не должны быть поводами для толчения воды в ступе. Скоро, очень скоро в цене станут идеи не как потребить и развлечься, а как элементарно выжить.

Такое впечатление, что цивилизованные окультуренные люди прямо на глазах утрачивают способность к анализу и вменяемому прогнозированию. Знаете, наверное, евангельский пример про различение «лица неба»: как по известным приметам на небе мы узнаем скорую перемену погоды. Мол, обещание дождя древние иудеи еще угадывать могли, а к знамениям времен были глухи. Мы, как древние иудеи, увы…

Меж тем теракт в Осло – редкий по своей откровенности факт истории. На минуту задумайтесь – мы ведь посвящены ну буквально во все детали. Казалось бы, ничего существенного (на тему «Что? Кто? Где? и Когда?») не упущено. Тут сравнивают теракт с 11 сентября, но 11 сентября (при всей смотрибельности данного злодеяния) до сих пор окутано мифами и недомолвками. Здесь иное. Тотальная прозрачность. И эта прозрачность события может обернуться для мира нехорошей шуткой.

Скажу заведомо спорную вещь – не так важно, сколько добирался до места трагедии ословский спецназ и даже сколько человек погибло. Важно – что дальше?

СМИ подхватили и растиражировали прогнозы «крестоносца» про «арабизацию» Европы: «Во Франции, Нидерландах, некоторых крупных европейских городах ситуация еще хуже, чем в Норвегии. Париж, Марсель, Брюссель вот-вот взорвутся».

Наверное, Брейвик прав. В комментариях посвященные пишут: «Он террорист, но он хотел разбудить, взорвать норвежское общество, где, по статистике, из 4 случаев изнасилований норвежских женщин 3 приходится на выходцев с Востока и Африки. Дошло до того, что правительство рекомендовало женщинам одеваться более закрыто – соответственно измененному мультимиру Норвегии». Да, и чтобы разбудить общество, надо бить своих. Чужие тогда забоятся. Впрочем, на острове он стрелял по всем – и своим, и чужим. А потом спокойно сдался доблестной (по закону жанрового кино, подоспевшей к самому финалу), но такой родной полиции. Как выразился один публицист, «Брейвик сумел соединить в одном лице и «шахида», и заказчика. Сам сделал – как шахид. При этом в безопасности – как заказчик. Лично сбил свои башни и мирно улетел восвояси. Одно слово – Норвегия!»

Думаю, дело не только в том, что Норвегия. Современный мир сумел обмануть сам себя. Он поверил в мираж постиндустриального процветания и мультикультурного (эх, все-таки не обойтись без подобных словечек) общежития. Но мир этот беззащитен, потому что слаб и развращен.

И те, кто хорошо познал его истинные законы, кто в отличной физической форме и не испытывает моральных угрызений, как социопат Брейвик, могут крутить этим миром, как захотят. Всего один волк нужен, чтобы стадо овец разбежалось в панике, теряя сотоварищей. И потом этот волк еще попадет в герои.

Скажите, если бы Брейвик после взрыва в элитном квартале пошел бы расстреливать кортеж, состоящий исключительно из политиков и чиновников, разве он бы уже сейчас не был объявлен новым Робин Гудом?

Итак, сегодня мы находимся в самом начале. Вопрос только – начале чего?